Главная страница-СМИ-В поисках театра. Нашел!

В поисках театра. Нашел!

25 ноября 2014

Юрий Фридштейн

В поисках театра. Нашел!

Помните, в знаменитом теледиалоге Натальи Анатольевны Крымовой с Раневской: «Чем Вы сейчас занимаетесь, Фаина Георгиевна?» – «Ищу святое искусство» – «Нашли?» – «Нашла. В Третьяковской галерее». И еще одно, не менее знаменитое наблюдение Раневской: «Из театра ушел трепет…» Она еще не знала, что место столь любезного ее сердцу трепета займет лазер, что в пушкинском «Борисе Годунове» разговор Григория Отрепьева с Пименом будет происходить в тюряге, а также, что после завершения Пименом своего монолога Отрепьев его придушит: так, на всякий случай, походя… Не могла она себе вообразить, что в «Женитьбе Фигаро» в сцене графа Альмавивы с Сюзанной известный артист, для пущей, видимо, убедительности, легко… снимет штаны – очевидно, так распорядился им режиссер. Ну ладно – снял штаны, так, казалось бы… Но нет, на этом творческая фантазия режиссера иссякла – потому, потоптавшись ….., артист штаны натягивает обратно. И чего, спрашивается, снимал?

Вот это все – и многое другое – впечатления от походов по «лучшим» (???) московским театрам, видимо, также в поисках «святого искусства». В телепередаче «Право знать» умный Никита Михалков, того не ведая, подтвердил давно сделанное мной наблюдение. Речь шла о современных «поисках»: перформансах, инсталляциях и т.д. И Михалков вспомнил своего знаменитого деда, художника Петра Кончаловского, одного из создателей группы «Бубновый валет», порвавшей с академическим реализмом в пользу более современных течений, в частности, сезанизма: но ведь они это сделали, достигнув там, от чего отказывались, абсолютного мастерства! Ведущий задает Михалкову вопрос: вы хотите сказать, что сегодняшние экспериментаторы на самом деле ничего не умеют? Михалков: Именно так! (цитирую не точно, но мысль такова). Мой любимый тезис: все эти «поиски» нынешних «властителей дум» – от неумения, от беспомощности, от оторопи перед наглухо для них закрытым пространством классической литературы. Пространство это никогда их и не впустит – с нечистыми их помыслами и грязными руками, так и будут они до скончания века (собственного) толкаться, и тыкаться, и расшибаться, и раздражение собственной немощью будет рождать очередные злобные наветы на людей, которые их не пустили бы убирать навоз в конюшне! Прошу прощения за образ, не слишком эстетический, но очень уж не люблю я всю эту шушеру. Имен – не называю, потому что нет у них имен, и не надо нам их знать.

Вот так вот, путешествуя «в поисках театра», я и забрел на спектакль «Обыкновенная история», который, в числе других, показывал на гастролях в Москве Курский драматический театр имени А.С. Пушкина. Впрочем, слово «забрел» предполагает элемент случайности – каковой на самом деле не было. Дело все в том, что Библиотека иностранной литературы, где я служу, с Комитетом по культуре города Курска уже много лет весьма плодотворно сотрудничает. Курск необычайно внимательно относится к людям, в разные годы составлявшим его славу поэт Афанасий Фет – на сегодняшний день мы выпустили четыре сборника переводов его поэзии, каждый с параллельными оригинальными текстами; а также – антология собственных переводов Фета из разных поэтов (латинских, немецких, французских и т.д.); а также «Фауста» в переводе Фета (не переиздавался более ста лет). Певица Надежда Плевицкая – мы выпустили ее воспоминания, с приложением откликов – Шаляпина, Рахманинова… К 100-летию композитора Свиридова – посвященный ему сборник… Поэтому, когда наш непосредственный соратник по всем этим затеял, зам. руководителя департамента культуры Курской области Станислав Алексеевич Крыженевский щедро предложил приглашения на спектакли – грех было бы не пойти. И слава богу – именно там поиск театра наконец оказался успешным. Нашел!

В этой истории – «Обыкновенной истории» – счастливо встретились два писателя: автор романа Иван Александрович Гончаров и автор пьесы Виктор Сергеевич Розов. Их разделяет – столетие, нас сегодняшних, от пьесы – еще 50 лет, а ощущение – всеобщих современников, которое случается, когда все – сложилось и соединилось. Сложил и соединил – худрук Курского драмтеатра Юрий Бурэ. Дал – расслышать текст (божественный, просто наслаждение!), дал – одухотвориться своими героями актерам; дал – увидеть смысл, оставшийся и остающийся – незыблемым и непреходящим. История провинциала в столице; история столкновения романтического прекраснодушия и жесткой реальности; повесть о том, как делается карьера и чем при этом приходится «пренебречь» (слово из Островского, из «Последней жертвы»), а также о том, сколь быстро юный восторг сменяется не по годам основательной трезвостью. Чудесно заполошный недоросль Александр Адуев, доверчивый и забавный дурачок, с равной открытостью готовый кидаться на шею и провинциальной барышне Софье, и столичному дядюшке Петру Ивановичу. Таким являет его актер Дмитрий Баркалов. Уточняю: таким – в начале этой «обыкновенной истории». А потом его герой, терпя одно поражение за другим (и карьера не клеится, и любовь не случается), в момент расстается – и с иллюзиями, и с юным обаянием, и с благими порывами, становясь – ожесточенным, разочарованным циником… Появление Дмитрия Баркалова в начале второго акта – ошеломительно, даже при том, что мы знаем, какую метаморфозу претерпевает его герой. Несложно изменить прическу (вместо непокорных кудрей – прилизанное нечто), но – меняется все: голос, интонация, походка. Обожающая его тетушка Елизавета Александровна – не узнает своего любимца. А в финале (у Гончарова – «эпилог»), когда неожиданно «покатило» – эдакий сытый, неторопливый, с ленцой, все «схвачено» и все налажено, больше не о чем беспокоиться, и с дядюшкой – эдак покровительственно и снисходительно… Только вот одно: поясница что-то стала побаливать…

Когда-то Олег Табаков в знаменитом спектакле «Современника» играл юношу, в котором, под давлением обстоятельств, что-то погибало безвозвратно, и этого «что-то» нам, наблюдающим эту «обыкновенную историю», было жаль. За прошедшие с той поры полвека история младшего Адуева стала еще более «обыкновенной», ничего в нем не погибло – потому что нечему было погибать, не было ничего никогда. Приехал великовозрастный балбес, хотел быстрого успеха. Сначала не вышло. Потом, освоившись и разобравшись в «механизме», поднажал – и получилось! Дмитрий Баркалов восхитительно играет – пустышку, фантом, истинного «сына века», легко и не напрягаясь поспевающего в ногу со временем.

Дядюшка Петр Иванович – иное! У Эдуарда Баранова (равно как когда-то у Михаила Козакова) он – личность. Да – деловой, да – трезвый, но ведь прекраснодушие племянника оттого ему претит, что точно угадывает его природу. Литературный вкус, умение радоваться жизни, умение работать (добился своего нынешнего положения – сам, никто не участвовал), умение любить и сострадать… Его историю «обыкновенной» – не назовешь: вполне индивидуальна. В Баранове нет козаковской небрежной элегантности, но – стержень, но – твердость, но – ум… Мощь, основательность, энергичность… А в финале, рядом с не по чину взлетевшим племянником, дядюшка замечает, что – отстал, что за скачкой жизни уже не поспевает. Впрочем, уже и не стремится, предпочитая с теперешней «компанией» дела не иметь.

В этой «мужской истории» единственная значимая «женская партия», тетушки Елизаветы Александровны, – словно бы второстепенная, словно бы еще одна краска, не более. Елена Гордеева делает ее значимой, она – словно сверхчувствительный тест-прибор: реагирует на малейшие изменения в семейной атмосфере. Очаровательно шаловливая в начале, шуршанием своих шелковых платьев замечательно оттеняющая сдержанность мужа, потом – на глазах сникающая и стареющая, а в финале – словно слившаяся со счетами и счётами, утратившая волю и любопытство к жизни. Именно она, вроде бы «второстепенное лицо», здесь – истинная жертва.

Аскетичная сценография (художник – Александр Кузнецов), лишь минимум деталей, дабы обозначить место действия, не более – и единственная «роскошь»: экран на заднике сцены, словно самостоятельный участник действия. На нем – сменяющиеся кадры Петербурга, на фоне которого, в коляске, крупным планом, герой-племянник Александр Адуев. Крупный план, без текста, – молодой артист этот искус с блеском выдерживает! Мелкое существо – крупным планом? Метафора и смысл.

Фридштейн Юрий Германович (р. 3.06.1948, Москва) — русский литературовед, театральный критик, библиограф.Окончил МГУ им. М. В. Ломоносова (1970). С 1970 г. работает во ВГБИЛ (Всесоюзная — ныне Всероссийская — библиотека иностранной литературы). В настоящее время Директор Научно-библиографического центра ВГБИЛ. Публикуется с 1971 г. Кандидат искусствоведения (1979), член Союза театральных деятелей (1991). Наиболее заметна его составительская и комментаторская работа (современный английский театр,, Э. Г. Крэг, Дж. Б. Шоу, сестры Бронте, А. С. Пушкин в английских переводах и другие пушкинские темы, актуальные в преддверие 200-летнего юбилея поэта), а также библиографическая деятельность: составление библиографических указателей о современной английской драматургии (3 вып., 1976–1986), Ю. О’Ниле (1982), Т. Уайлдере (1984) и др. В 2000-е годы выпустил цикл книг, связанных с проблемами культуры: «Прага. Русский взгляд» (2003), «Россия и Болгария» (2003), «Профессия: критик» (2005), «Продолжение

театрального сюжета» (2008).Как театровед Фридштейн является автором многочисленных рецензий, а также книги «Анатолий Эфрос — поэт театра» (1993).



ПЛАНЕТА КРАСОТА

Учредитель и главный редактор СВЕТЛАНА МИХАЙЛОВА
Издатель —  Творческий Центр ЮНЕСКО
Журнал выходит с 1995 года (Прежнее название «Красота от А до Я»).
Формат А4, тираж 35 тыс. экз., объем 88 полос
Периодичность 6 номеров в год. Журнал зарегистрирован Министерством печати и информации РФ.
Свидетельство о регистрации № 016429 от 28 июля 1997 года.
С Михайлова С.Б. 1997 — название журнала, концепция, рубрикация.
Тираж 30000

 Журнал распространяется в правительстве МосквыМинистерстве культуры РФМосковской городской Думе, в Союзах журналистов России и МосквыКомитете по культуре Правительства Москвы, посольствах, в VIP залах аэропорта «Домодедово».В Москве журнал можно приобрести в ряде супермаркетов, на станциях метро в фирме «Совинтерспорт», в Музее современного искусства, в драматических театрах:Ленкомна Таганке, в «Геликон опере», им. Вахтангова, в Новой Опере«Современнике», в Доме моды «Вемина», в бутиках «Новой Зари», в Цирке на пр. Вернадского.