Главная страница-СМИ-«Но повесть о Ромео и Джульетте останется печальнейшей на свете…»

«Но повесть о Ромео и Джульетте останется печальнейшей на свете…»

6 октября 2013

Курский государственный драматический театр имени А.С. Пушкина Шекспиром «избалован».

 В разные годы на его сцене были представлены лучшие произведения английского драматурга: «Гамлет» (шел трижды!), «Двенадцатая ночь», «Антоний и Клеопатра», «Отелло», «Зимняя сказка», «Виндзорские насмешницы». Дважды — в 37-м и в 47-м годах — шла и высокая и грустная «песнь о любви» двух юных сердец. Но о многих из них даже самые заядлые театралы знают только понаслышке. И потому заявленная ныне — задолго и с размахом — премьера трагедии «Ромео и Джульетта» ожидалась с тревожной надеждой и предвкушением праздника. 

Творение Шекспира, воплотившее в равной степени интригу и философию, трагедию и фарс, героику и сумасбродство, в спектакле отразилось неукоснительным прочтением текстовой основы (в переводе Александра Флори) и довольно сдержанной манерой режиссерского лидерства над нею. Но при этом — феерически разыгранными мизансценами и многоплановостью массовок. Иногда — в ущерб основной сюжетной линии. В общем, как и предполагается в столь масштабной работе, есть удачи и просчеты, а высказанная Н. Ширяевым трактовка шекспировского замысла с первого показа спектакля на публике вызвала ожесточенные споры и противоречивые отзывы — от восторга до неприятия.

 Никита Ширяев уже обозначался на курской сцене: в 220-м юбилейном сезоне он выступил режиссером-постановщиком современной английской пьесы Джона Чэпмена и Дейва Фримена «Ключ для двоих», где сполна выплеснул комедийную, эксцентричную часть своего таланта, подкрепленную отменной игрой ведущих артистов театра. Получился спектакль легкий, изящный, смешной, хотя и с достаточно туго натянутым нервом интриги. 

Теперь вот диаметральная противоположность: мрачное средневековье, бесконечная бойня и грубость нравов, воссиять над которыми могут только чистые души с вечными надеждами и заблуждениями, свойственными юному возрасту шекспировских героев.

 Спектакль получился красочным, зрелищным и «густонаселенным». Но сутолоки на сцене нет. Быть может, потому, что самые массовые сцены — уличных потасовок и драк — поставил признанный мастер — профессор РАТИ-ГИТИСа Айдар Закиров (Москва), а изысканный салонный танец, где заняты практически все участники спектакля, — заслуженная артистка России Галина Халецкая, уже не раз проявлявшая себя в роли балетмейстера. В боях поражают отрепетированная сыгранность толпы и четко просматривающаяся индивидуальность каждого персонажа. В танце — легко угадываемые черты европейской хореографии, традиционной для тех лет.

 К числу несомненных удач нужно отнести и работу художника-постановщика — лауреата Государственной премии России Александра Кузнецова. Минимализм декораций отнюдь не умаляет впечатления: легкие (на первый взгляд) высокие конструкции уводят в воображении в средневековые замки, служат своего рода «кулисами», скрывающими от глаз зрителя переустройство мизансцен, раздвигая сценическое пространство и меняя «поле действия» — для битвы или свидания. Но более всего символизируют противостояние двух кланов, обитающих в этих «домах».

 И уж совсем особого разговора заслуживают… куклы. Те, которыми увлеченно играет юная Джульетта в начале истории, и которые потом становятся одушевленными существами, особенно — имитирующая образ Ромео, принимая на себя гнев и любовь и трагическую миссию предвестника трагедии. 

Замечательна игра света на протяжении всего спектакля: художник по свету Борис Михайлов (г. Ростов-на-Дону) разработал до полусотни различных программ, и они естественно сливаются с характером звучащей музыки, с действием — тревожным, трагическим, романтическим — разным. (Музыкальное оформление — самого режиссера-постановщика). Правда, несколько «вразнобой» смотрятся костюмы героев (и массовки), особенно удивили «казачьи» синие штаны с лампасами на Ромео (художник по костюмам Олег Чернов) и разностильные одеяния гостей дома Капулетти. 

«Вопросов много», — сказала после премьеры одна актриса, не занятая в спектакле. У зрителей, кстати, тоже. Даже если вернуться к удачам, не все в них устраивает публику. В массовых драках, поставленных А.Закировым, многовато натуралистичности, агрессии. К чему, скажем, надо акцентировать внимание на том, как женщины остервенело бьют ножами уже лежащие у их ног мужские тела? Да и затянуты эти сцены чрезмерно.

 Или танцы «белой девушки» Розалины, «сквозняком» проходящие через весь спектакль. Такого персонажа у Шекспира нет (во всяком случае, в классическом переводе Б.Пастернака). Имя ее лишь упоминается в связи с первой влюбленностью Ромео, да еще значится в озвученном списке гостей Капулетти. По задумке режиссера, похоже, Розалина являет собою своеобразного «Ангела смерти», предвестника беды. Персонаж не нов: он присутствует во французском одноименном мюзикле. Да и в современной версии балета «Ромео и Джульетта», вскользь упомянутая Шекспиром фея сновидений Маб становится зловещим призраком Рока.

 В курском же варианте «девушка в белом» на поверку лишь «разбавляет» напряженность ситуации в поединках — как легкостью звучащего фоном блюза, так и некоторой фривольностью танца. Хотя, надо честно признать, что танцуют девушки приятно (Людмила Акимова и Дарья Ковалева). А зритель недоумевает: если этот образ — навязчивое сновидение неотвратимого рока, то при чем здесь Розалина, о которой, живой, реальной девушке, поначалу грезит Ромео, а потом судачат его друзья и осуждающе говорит Брат Лоренцо?

 Но самый главный просчет, как видится, в том, что, увлекшись пристальной работой с актерами, режиссер невольно допустил смешение жанров, педалируя фарсовое звучание монологов и диалогов. Это, естественно, срывает смех и поощрительные аплодисменты в зале.

 Но выпирающая комичность некоторых ситуаций и образов отвлекает от основного сюжета, отодвигая на второй план как историю любви, так и трагическую ноту интриги.

 Явно лишним, например, смотрится эпизод с кормилицей (заслуженные артистки России Галина Халецкая и Елена Гордеева) и слугой Пьетро. Сцена разыграна с блеском, безумно смешная (это в трагедии-то?!), но… она ничего не дает для развития сюжета. 

Слов нет, отменно хороша Халецкая в роли няньки, но ее грубоватое простолюдинство слишком яркое, выпуклое, порой затмевает других героев. Вторая исполнительница роли кормилицы хороша по-своему. Она мягче и умеет, притягивая внимание зрителя к себе, «перераспределять» его на всех участников мизансцен.

 Гордеева представляет свою героиню в полном соответствии со средневековым антуражем, но даже в нарочито грубоватых сценах от нее буквально исходят флюиды бесконечной и нежной любви к воспитаннице. И эта любовь отнюдь не заслоняет Джульетту. Под стать актрисам их спутник — Пьетро (Александр Олешня). Его слуга — персонаж второстепенный, но при этом непременный участник всех перипетий. Актер играет сочно, даже истово, составляя великолепный дуэт и с Халецкой, и с Гордеевой. 

Актерских удач в спектакле много, но, как ни странно, именно среди персонажей, окружающих главных героев. Соло Максима Карповича в роли Меркуцио выше всяких похвал. Более скромно смотрится второй друг Ромео — Бенволио (Дмитрий Жуков), но если вглядеться внимательно, как работает актер на сцене, станет ясно: ему достает и понимания сущности своего героя, и того, как ее показать зрителю. Тибальт Сергея Тоичкина кажется более убедительным, чем у Сергея Репина. Последнему не хватает подлинной агрессии и злости, прописанной Шекспиром, он и внешне, и внутренне неповоротлив для такого задиры, как Тибальт. Вот в роли слуги он-то, что надо, попадание в точку. И вместе с Андреем Колобининым они составляют неплохую пару, где всего в меру: иронии, готовности к драке, бессловесного подчинения хозяину и обстоятельствам. 

А вот старшему поколению враждующих кланов отведено значительно меньше места. Самой объемной стала роль Капулетти (народный артист России Евгений Поплавский). Его герой тоже порой смешон, но чаще — страшен своей расчетливой жестокостью. Он исходит злобой не только к ненавистным Монтекки, но и к племяннику Тибальту, а еще пуще — к дочери и жене. Неожиданные, но такие оправданные переходы актера от демонстрации льстивой учтивости и лживой любви к беспредельной ярости еще более подчеркивают характерные черты образа отца-тирана. Потому и на долю леди Капулетти досталось немного. Но обе исполнительницы (заслуженная артистка России Ольга Яковлева и Оксана Бобровская) ведут свои партии достойно. Семья Монтекки, напротив, и вовсе представлена практически на уровне пантомимы. Вот кто, действительно, сыграл и роковую, и значительную роль в судьбе молодых героев — Брат Лоренцо, сначала — сторонний наблюдатель, потом — едва ли не главный участник в завязавшейся интриге, а в финале — и обвиняемый, и обвинитель одновременно (заслуженные артисты России Эдуард Баранов и Александр Швачунов). Баранов дает нам почувствовать затаенную нежность, которая прорывается сквозь внешнюю беспристрастность и ироничность его героя. А еще — подлинную тревогу и стремление любыми путями положить конец кровавым бойням меж двумя могущественными семьями Вероны. Швачунов же сам мягок по натуре, и если голос Баранова в итоге обретает грозные обличительные ноты, то Лоренцо Швачунова более горестен в своей констатации свершившегося. 

Это все, без сомнения, удачи — и режиссера, и актерского состава. Тем более, что им предшествовала, по словам самих артистов, совместная кропотливая и увлекательная работа над образами героев. Но почему-то нет ощущения полноты и цельности действия, в котором красной нитью должна проходить история любви — от ее предчувствия молодыми людьми до обета верности, но уже «за гранью смертельного круга». Парадокс: чем ярче, самозабвеннее проявляют себя актеры, представляя персонажей из окружения Ромео и Джульетты, тем приглушеннее и фрагментарнее становится линия взаимоотношений двух юных трепетных душ. Или просто дуэты героев «не дотягивают» до высокого профессионального уровня своих коллег?..

 Их два: Елены Цымбал с Михаилом Тюленевым и Светланы Сластенкиной с Дмитрием Баркаловым. Конечно, сценический опыт и актерское мастерство у Сластенкиной богаче, чем у Цымбал. А Баркалов в предыдущем сезоне стал победителем конкурса молодых исполнителей «Верю!». Но они — слишком разные «половинки» — и по возрастным меркам, и по опыту работы на сцене, и даже по внешним данным уже устоявшихся амплуа. Тогда как дуэт Цымбал — Тюленев подкупает ореолом романтизма, искренностью чувств и уверенностью в правоте своего союза. Джульетта в исполнении Елены буквально переполнена ликующей молодостью и безоглядностью первой любви, которую неподвластны заглушить ни вражда, ни интриги, ни дуэли и смерти. И как хороши, опоэтизированы сцены любовных свиданий у нее с Тюленевым! Его герой и молод, и собой хорош, и вместе с партнершей составляет пару, которую только и можно себе представить в противовес веронскому вертепу. Она возвышается, подымается над озверевшей толпой, над ненавидящими друг друга соперниками, над животной «бытовухой», наполненной враждой, стычками, кровью, диктатом одних над другими. И не случайно, наверное, их лучшие дуэтные сцены происходят «на высоте» — на верхних «этажах» конструкций, имитирующих дом Капулетти. И тем трагичнее смотрятся потом их тела, распростертые на выдвинутом почти к краю рампы подиуме — горькое напоминание, что жизнь, короткая, как миг, прожитая этими юными созданиями бесстрашно и ярко, оставлена нам в назидание и пример.

 P. S. …В одном из интервью («Курская правда» от 14.09.1996 г.) художественный руководитель театра, народный артист России, лауреат Государственной премии России Юрий Бурэ рассказал такую историю. Зимой 1942–43 года, когда немцы стояли под Сталинградом и решалась судьба нашей страны, в другом волжском городе, Куйбышеве, был поставлен в драматическом театре спектакль «Ромео и Джульетта». Это был шикарный спектакль, с великолепным оформлением, богатыми костюмами. Оформлял его П.Вильямс — знаменитый художник Большого театра. О нем (спектакле — В.К.) писали тогда английские и американские газеты. Наверное, люди понимали, что человек, пришедший в Куйбышевский театр и увидевший такой спектакль, убедится: война будет выиграна. Ныне тоже идет битва — за души молодого поколения. И если вновь возрожденная на сцене история любви, убивающей вражду, затронет сердца зрителей, — уже благо. Даже несмотря на все просчеты в постановке. 

Городские известия

Автор: Валентина КУЛАГИНА